сегодня
ЛУКОЙЛ – Прикамью
последний номер
№24 / 26 Ноября
ООО «ЛУКОЙЛ-ПЕРМЬ»

ЭХО ВОЙНЫ

Совсем близок тот день, когда наша страна отметит 65-летие со дня окончания Великой Отечественной войны. "Пермская нефть" открывает серию материалов о ветеранах войны и тружениках тыла.
ЭХО ВОЙНЫ

В прошлом году Павлу Казакову, бывшему работнику "ЛУКОЙЛ-ПЕРМЬ", исполнился 71 год. Живет вместе с женой в деревне Стряпунята, что в Краснокамском районе. Жена Маргарита Викторовна - в прошлом учительница, а сам Павел Иванович всю жизнь проработал в "нефтянке". Пришел туда в 1960 году после демобилизации из рядов Советской Армии. Начало трудовой биографии связано с Добрянским районом, где трудился "верховым" в поисковом бурении. Затем перешел в сейсмическую партию.

В 1980 году поступил на работу в НГДУ "Краснокамскнефть", в цех подземного и капитального ремонта: сначала помощником бурильщика, потом бурильщиком. Росла квалификация: за третьим разрядом Павел получил четвертый. А начиная с 1984 года, уже работал бурильщиком 6 разряда. Тремя годами позже Павла Казакова перевели в ЦДНГ № 2 объединения "Пермнефть" (сейчас - ООО "ЛУКОЙЛ-ПЕРМЬ") оператором по добыче нефти. Вплоть до выхода на пенсию так в сфере нефтедобычи и трудился.

О своей работе Павел Иванович вспоминает с удовольствием. К примеру, рассказал о самом первом выходе на вахту по ремонту скважин. Как же гордился он тогда, когда отремонтированная с его участием скважина стала давать нефть! Павел Казаков участвовал в освоении месторождений нефти на Ольховском, Зоринском, Чайковском участках, в обслуживании скважин по подаче нефти в Северокамске. Как рассказывает он сегодня, многие трудности компенсировались тем, что родные и близкие всегда относились с пониманием к его работе. "Условия труда и быта в тот период были хоть далеко и не такие, в каких трудится нынешнее поколение, но руководство делало многое, чтобы они стали еще лучше, - вспоминает Павел Иванович. - Будучи в командировках на Сухановском и Ольховском месторождениях, рабочие проживали в теплых помещениях, своевременным было питание, а смена вахт всегда проходила вовремя. Большое значение уделялось подготовке кадров". За свой труд он неоднократно был награжден почетными грамотами. Словом, работа для него всегда была на первом месте.

Но вот едва заговорили о войне, как Павел Иванович тут же закрылся, с трудом сдерживая слезы... Но собрался с духом - и стал рассказывать. Смоленскую область, где жила тогда семья Казаковых, фашисты взяли в 43м. По деревне, подобно звону набата, разнеслось: "Немцы!.." Те же с первых минут чувствовали себя здесь как полноправные хозяева: селились в приглянувшихся им домах, отбирали у местного населения продукты, вещи. А потом и вовсе начался беспредел. Сжигали дома, расстреливали местных жителей.

И хотя Павел в тот период был совсем малолетним пацаном, однако память на какие-то моменты оказалась очень цепкой. Ему было пять лет, когда вместе с мамой и родной сестренкой он оказался в концентрационном лагере. К примеру, хорошо запомнил, как вместе с мамой их погрузили в эшелон, в котором находилось очень много женщин и детей. "Куда везут, зачем"? - всю дорогу, пока ехали, это оставалось загадкой. Наконец поезд остановился и всем приказали выходить из вагонов. Конечным пунктом оказался концентрационный лагерь под Бранденбургом. Запомнилась колючая проволока вокруг бараков, охранники с собаками. Поначалу все это очень сильно пугало. Впрочем, страх оставался до самого конца, вплоть до того момента, пока советские войска не освободили узников. Хотя для малолетних детей вряд ли что-то было понятно. Главное - их мамы были рядом, а поэтому жизнь для них продолжалась и в неволе...

Светлые минуты - раздача еды. Давали ее 2-3 раза в день. Правда, на таких скудных "харчах" вряд ли бы удалось поправиться: жидкая похлебка, редко - маленький кусочек хлеба. Не удивительно, что все время хотелось есть - и взрослым, и детям. В больших по площади помещениях располагались деревянные двухъярусные нары. Павел Иванович вспоминает, что его место как раз было на верхней полке. Несколько раз оттуда падал: то во время сна, то по неосторожности, заигравшись с другими ребятишками. Но, к счастью, обходилось без травм.

А вот еще одно воспоминание. Пожалуй, наиболее хорошо сохранившееся. Однажды Павел раздобыл где-то железное ведро и решил поздно вечером, после того как военнослужащие завершат обход территории лагеря, незаметно сходить на свалку с пищевыми отходами. Зачем? О-о! У парнишки был грандиозный план: набрать моркови, которую он заприметил там чуть раньше. Для "подстраховки" операции Павел взял с собой маленькую сестру Нину. Наконец ведро было заполнено до краев. Можно идти назад, к маме. Но тут Павел неожиданно почувствовал сильный удар сапогом в спину. Ведро выпало из рук, звякнув о мерзлую землю. Не чуя ног, ребятишки побежали до своего барака. Вслед им раздалась бранная немецкая речь.

...В наши дни в Бранденбурге традиционно проходят мероприятия, на которых отмечают годовщину со дня освобождения узников из некогда расположенных на этой территории концлагерей Заксенхаузен и Равенсбрюк. Через концлагерь Заксенхаузен с 1936 по 1945 год прошли более 200 тыс. человек со всей Европы. В концлагере Равенсбрюк содержалось около 133 тыс. женщин и детей, а также 20 тыс. мужчин из 40 стран. Оба лагеря были освобождены советскими войсками в апреле 1945 года.

Казаковы вернулись домой. Жизнь постепенно наладилась. Но эхо той далекой войны раздается в памяти и судьбе Павла Ивановича Казакова и сегодня. Недавно ветеран пережил второй по счету инфаркт. Но ничего, справился, пойдя на поправку. Скоро уже весна, надо бы огород и хозяйство в порядок привести. Жизнь ведь никто не отменял. И даже война не смогла - как ни старалась! - сделать этого...

Наталья СОЛОВЬЁВА

Вернуться