сегодня
ЛУКОЙЛ – Прикамью
последний номер
№24 / 26 Ноября
Организации Группы «ЛУКОЙЛ» в Пермском крае

«Война моторов»

— так называли Великую Отечественную. Никакая другая из прежних войн не предъявляла столь высоких требований к обеспечению топливом, к качеству нефтепродуктов. Немцы строили оптимистичные прогнозы: в тот день, когда у русских истощатся запасы нефти, Россия будет поставлена на колени…
«Война моторов»

«За нефть… любую цену»

В планы гитлеровского командования в первую очередь входил захват наших нефтяных богатств на Кавказе. «Для этой операции потребуются крупные силы, но за нефть следует заплатить любую цену. Тем более что захват Кавказа позволяет оккупировать Иран, оседлать перевалы на ирано-иракской границе», — делился Гитлер грандиозными планами на одном из своих выступлений перед генералитетом вермахта.

У немцев были все основания для такого заявления. Германия тщательно подготовилась к войне. В стране было налажено производство искусственного жидкого топлива из угля. К 1941 году она имела запасы горючего около 8 млн тонн. Кроме того, в ее распоряжении оказались жидкое топливо и смазочные материалы Франции, Бельгии и Голландии. И все же рейх испытывал острую нужду в нефтепродуктах. Поэтому и подбирался к самому «лакомому пирогу» — нефтяным промыслам Кавказа и Закавказья.

В отечественной нефтяной промышленности еще до войны начала создаваться новая топливная база «второго Баку», в которую вошли Башкирия, Татария, Куйбышевская, Оренбургская и Пермская области. Согласно плану развития народного хозяйства СССР в третьей пятилетке (1938–1942) добыча нефти здесь должна была быть доведена до 54 млн тонн. Однако тот урон, который нанесли народному хозяйству фашистско-немецкие захватчики, не мог не отразиться на экономической ситуации в СССР. В 1942 году были полностью выведены из строя промыслы Краснодарского края, прекращена добыча нефти в Грозненском районе. Тысячи геологов, буровиков, нефтедобытчиков, оставив свой мирный труд, сражались на фронте.

Каждая победа на передовой вызывала небывалый подъем трудовой инициативы по всей стране. Удачная операция российских войск Южного фронта в ноябре 1941 года настолько вдохновила нефтяников Северного Кавказа и Азербайджана, что те выступили с инициативой максимального увеличения нефтедобычи и выработки нефтепродуктов. В феврале 1942-го бойцы Северо-Западного фронта обратились к жителям Пермской области с призывом включиться в соревнование фронта и тыла. Нефтяники отозвались на это новыми рекордами проходки. Так, в период кровопролитных боев на Курской дуге бригада бурового мастера Михаила Кропачева начала бурить скважину под дно реки Камы и в ознаменование победы наших войск в Орле и Белгороде сдала ее на 16 дней раньше установленного по плану срока.

Не цвести «Эдельвейсу»

Но к победе любой ценой стремились и фашисты. В июле 1942 года они приступили к захвату нефтяных промыслов Кавказа. Операция носила название «Эдельвейс». Основной ударной силой операции была дивизия с таким же названием, состоявшая из альпинистов и скалолазов, которые прошли специальную подготовку перед войной в этих же горах. Битва за Кавказ длилась 15 месяцев, и идеологически было важно, чьи флаги взовьются над высочайшей вершиной Кавказа. Поначалу перевес был на стороне немцев, использовавших свое численное преимущество. Но уже в феврале 1943 года команда из 20 советских альпинистов сорвала с вершин Эльбруса фашистские флаги.

Главная задача, которая была поставлена Государственным комитетом обороны перед Наркоматом нефтяной промышленности, — сделать все необходимое, чтобы ни одна капля «черного золота» не досталась немцам, рвущимся к нефтяным промыслам Кавказа. Первый заместитель наркома нефтяной промышленности Николай Байбаков предложил демонтировать и эвакуировать наиболее ценное оборудование с Северного Кавказа и Закавказья в безопасные районы страны, продолжать добывать нефть и снабжать фронт горючим до последней возможности, а затем скважины и промысловое хозяйство уничтожить. Впоследствии группа под руководством Байбакова разработала технологию вывода из строя промыслов и методы долговременной консервации скважин. Немцам так и не удалось за время оккупации пустить в эксплуатацию ни одну скважину.

«Артерии жизни»

Если у Германии трудности с горючим были вызваны его дефицитом, то проблемы нашей страны были связаны главным образом с транспортировкой и сохранностью перевозок ГСМ. Самое трудное положение с нефтью и нефтепродуктами создалось зимой 1942/43 года. В это время добыча угля в стране сократилась на 60 процентов, а транспорт и электростанции частично были переведены на жидкое топливо.

Говоря о доставке нефти и нефтепродуктов, нельзя не упомянуть о поистине героическом снабжении топливом осажденного Ленинграда. После того как прекратилась связь по Ладожскому озеру, для бесперебойного снабжения города горючим менее чем за 50 дней по дну озера был проложен трубопровод «Артерия жизни», который дал блокадникам более 41 тыс. тонн нефти.

Перевод нефтяной промышленности на военные рельсы потребовал решения двух основных задач: максимального увеличения добычи нефти в старых нефтяных районах и резкой активизации деятельности по разведке и разработке нефтяных месторождений в районе Волго-Уральской нефтегазоносной провинции. В годы войны «второе Баку» стало основной нефтяной базой страны. В 1941–1942 годах на востоке СССР был освоен ряд нефтяных месторождений. На базе эвакуированного оборудования построены нефтеперерабатывающие заводы в Сызрани и Краснокамске, расширены Орский и Ишимбайский нефтезаводы, налажено крупное производство авиамасел, созданы мощности по производству смазок и нефтяного оборудования.

На развитие нефтедобычи в Урало-Поволжье повлиял и факт принятия Государственным комитетом обороны в сентябре 1942 года постановления «О мероприятиях по всемерному форсированию увеличения добычи нефти на Востоке». Тогда в Краснокамск буквально хлынули отряды высококлассных специалистов-нефтяников из Майкопа, Грозного, Баку. Судя по документам того времени, Краснокамск принял и разместил 1500 человек, прибывших на предприятия нефтяной промышленности, а вместе с членами их семей — свыше 2500 человек. В этот небольшой уральский город эвакуировали из Баку экспериментальную контору турбинного бурения и машиностроительный завод им. Мясникова, выпускавший турбобуры. Бакинские рабочие и специалисты вместе с уральцами монтировали оборудование, прибывшее водным путем — через Каспийское море, по Волге и Каме.

Первый заместитель наркома нефтяной промышленности Николай Байбаков в своей книге «Дело жизни» о становлении и развитии этой отрасли в стране вспоминает: «Заводы монтировались и запускались прямо с колес, почти под открытым небом, под временными навесами. И морозы… Бакинцы, грозненцы — южный народ — и уральские жгучие морозы до минус 56 градусов! Были случаи, люди гибли, но дело свое не оставляли до самого конца. Машины, механизмы — и те не выдерживали».

Но энтузиазм людей ничем нельзя было остановить. «Нас не испугали дальность расстояния и трудности устройства на новом месте. Теплый прием, который оказали нам краснокамцы, еще больше воодушевил нас. Рука об руку с вами, дорогие товарищи краснокамцы, будем работать по-фронтовому! » — писали в 1942-м бакинские нефтяники в газету «Нефть — фронту!».

Всё — для Победы!

Первая партия турбобуров была изготовлена к празднику 1 Мая в 1942 году, а уже в 1943-м турбинное бурение в Пермской области составляло 77 процентов от общего объема буровых работ. В том же 1943 году, впервые в мировой практике, краснокамские нефтяники применили наклонно-направленное бурение скважин в твердых породах. За счет этого был, по существу, заново создан фонд эксплуатационных скважин и сохранен устойчивый уровень нефтедобычи.

Бывший начальник отдела структурно-поискового бурения Министерства нефтяной промышленности СССР Леонид Шанович, который в 1943 году был направлен на работу в трест «Краснокамскнефть», в своих воспоминаниях пишет: «Это давало, при всех трудностях, огромные преимущества и выгоды, но требовало вместе с тем знания всех тонкостей и особенностей направленного бурения. Поскольку на первых порах буровые мастера и бурильщики не владели необходимыми навыками такого бурения, хотя и имели большой опыт и мастерство в области вертикального бурения, было организовано массовое обучение всем премудростям наклонного бурения непосредственно на рабочем месте... Приходилось часто работать вахтами по три или даже два человека вместо четырех. Продолжительность вахты была 12 часов».

В феврале 1943 года в Краснокамске состоялся городской слет стахановцев. Документы тех лет хранят фамилии лучших рабочих конторы турбинного бурения: мастеров буровых бригад Али Абубекирова и Петра Косовских, бригадира плотников-вышкостроителей Ивана Абузярова и многих других «гвардейцев тыла».

В 1944 году был получен первый миллион тонн нефти на промыслах Пермской области. Благодаря быстрому внедрению новых способов повышения нефтеотдачи пластов на промыслах Башкирии и Урала добыча нефти к 1945 году, по сравнению с 1940-м, была увеличена в полтора раза. В 1941–1945 годах в Волго-Уральской нефтегазоносной провинции было открыто 34 новых нефтяных и газовых месторождения. Страна получила дополнительные сотни тысяч тонн нефти, так необходимые для приближения победы над фашизмом.

Родина оценила труд нефтяников: дважды — в феврале 1942-го и в январе 1944 года — большая группа работников нефтяной промышленности была удостоена высоких правительственных наград.

Подготовила Наталья СОЛОВЬЕВА

Вернуться